НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина - Новости
ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России
English Russian
/ «И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
Обновлено: 13.05.2022

«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.

13 мая 2022
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.
«И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!» От 4-й стадии рака до полного выздоровления.

Жизнь телевизионного корреспондента-новостника проходит в бешеном темпе – такие простые и привычные для среднестатистического обитателя офиса вещи, как праздник в кругу семьи или поход по врачам, чтоб проверить здоровье, ему неведомы, он или пропадает на съёмках, или монтирует очередной сюжет. Причём, какое сейчас время суток, совершенно не важно, а важно только то, что материал проанонсирован и должен выйти в ближайшем новостном выпуске. Поэтому принудительной диспансеризации перед поездкой в Арктику корреспондент новостей телеканала Мир-24 Роман Паршинцев даже обрадовался – когда ещё получится врачам показаться?

Тогда, осенью 2016-го обследования ничего сколько-нибудь серьёзного не показали – здоров. А уже через два месяца, в начале января 2017-го пришлось пойти к урологу с типичными симптомами уретрита. На УЗИ врачи увидели объёмную опухоль забрюшинного пространства. – Огромная, как грейпфрут, – говорит Роман, – 10 на 12 см. Потом назначили онкомаркеры. Один из них – β-ХГЧ превышал норму в 40 000 раз! Дальше обследования уже назначал онколог одной из известных московских больниц. Результаты КТ и МРТ были впечатляющими. Я был весь в метастазах! Огромный опухолевый узел в забрюшинных лимфоузлах, который увидели изначально на УЗИ, был метастазом, ещё несколько метастазов было в печени, и с десяток – в лёгких. А диагноз – рак яичка 4-й стадии.

– Онколог не скрывал – ситуация серьёзная, – рассказывает Роман. – 70% вероятности того, что пятилетний рубеж я не переживу. Конечно, тревожно. Хотя мыслей, что мир рухнул и жизнь закончена, не было. Сильней всего эта новость ударила по жене, она очень переживала. По протоколу, объяснили врачи, сначала удаляется яичко, затем химиотерапия. Операция в принципе, несложная, 26 января мне её сделали под местным наркозом. Уже на этапе обсуждения химиотерапии мы с женой пришли к выводу, что нам не нравится общение с врачами. Мы не услышали ответов на вопросы – чем отличаются оригинальные препараты от дженериков, не назначили, как пришлось убедиться позже, всего комплекса препаратов, ну и вообще от нас дистанцировались, говорили с холодком. Было чёткое ощущение – мы не хотим здесь лечиться.

– В Блохина после самого первого приёма вышли с улыбкой и таким ощущением, что уже наполовину победили, – продолжает Роман. Полный курс обследований заново, пересмотр гистологического материала, и уже через несколько дней я получал первую дозу химического препарата. Всего 4 курса «химии», она закончилась в мае 2017-го. Как сказали врачи, с хорошим результатом!

– Если правильно подойти к лечению этой патологии, можно достичь очень хороших результатов и полностью излечиться, – комментирует научный сотрудник, хирургического отделения онкоурологии №4, к.м.н. Александр Хачатурян. – КТ-диагностика, оценка уровня маркёров, грамотное гистологическое заключение. Удаляется поражённое опухолью яичко. Кстати, на потенцию, и на организм мужчины в целом удаление одного яичка никак не влияет. Как и на способность зачать. Если второе яичко здорово, остаётся только эстетический изъян. Если пациента он огорчает, мы можем одномоментно при операции установить силиконовый имплант – и внешне, и пальпаторно будет эффект, что в мошонке два яичка. Удалённый во время операции материал анализируется патоморфологами, их выводы служат ключом к назначению химиотерапии. Но для этого нужны усилия целого ряда специалистов – хирургов, химиотерапевтов, диагностов. Мультидисциплинарная команда. На фоне химиотерапии у пациента нормализовались опухолевые маркёры, метастазы в лёгких перестали определяться, но остались очаги в печени и забрюшинных лимфоузлах. Так что дальнейший план был – их поэтапное удаление.

Хирурги начинают удалять метастазы с забрюшинных лимфоузлов, потому что в них чаще остаётся жизнеспособная опухоль, чем, например, в лёгких. Если в забрюшинных лимфоузлах обнаруживается 4-я стадия патоморфоза (гибели раковых клеток в результате химиотерапии), и вдобавок, такой же результат в печени, значит в лёгких всё благополучно.

– Удаление забрюшинных метастазов – длительная, кропотливая операция, –говорит научный консультант хирургического отделения онкоурологии №4, д.м.н, профессор Константин Фигурин. – В забрюшинном пространстве находятся крупные сосуды и важные органы: почки с мочеточниками, поджелудочная железа, часть 12-перстной кишки и другие. Поражённые метастазами лимфатические узлы, которые располагаются по ходу сосудов, тесно с ними связаны. Изменённая из-за прорастания опухоли и влияния химиотерапии жировая клетчатка «стирает» границы между опухолью и органами. Работа хирурга при выделении сосудов, отделению от них метастатических узлов, должна быть очень точной и аккуратной, так как травма крупного сосуда приводит к большой кровопотере, серьезным осложнениям. В тех случаях, когда метастатические узлы прорастают в стенку крупного сосуда, вместе с опухолью мы удаляем поражённый участок сосуда с последующим его протезированием. Операция у пациента прошла успешно, а гистологическое исследование удаленных узлов показало лекарственный патоморфоз 4-й степени, т.е. в результате проведённой химиотерапии опухоль полностью погибла.

Кстати, ещё каких-то 40 лет назад больные раком яичка с метастазами в лёгких были обречены, счёт их жизни шёл на недели. А пятилетняя выживаемость пациентов, которым удаляли больное яичко и не удаляли поражённых забрюшинных лимфоузлов, была порядка 6%. А ведь это молодые мужчины в возрасте 20-30 лет. Если удавалось удалить все забрюшинные метастазы, то пятилетняя выживаемость вырастала до 50-60%. Химиотерапевтические методики на основе препаратов цисплатина в лечении этой патологии произвело настоящую революцию, ведь эта опухоль оказалась к ним очень чувствительной. Применение химиотерапии с цисплатином в сочетании с забрюшинной лимфаденэктомией увеличило выживаемость таких больных до 80-90%.

После Константина Фигурина к борьбе с метастатическими очагами подключился заведующий хирургическим отделением N7 опухолей гепатопанкреатобилиарной зоны, врач-онколог, к.м.н. Данил Подлужный. – При комплексном обследовании мы видели как будто жизнеспособные опухолевые ткани в печени, поэтому резекция была необходима, – говорит Данил Викторович, – нужно было увидеть их патоморфоз. Поняв ситуацию в печени, можно экстраполировать её на очаги в лёгких. Поэтому сделали вторым этапом резекцию правой доли печени, опухолевый узел там немножко уменьшился на фоне лечения, но оставался. Получили гистологическое заключение – жизнеспособных опухолевых клеток нет, полный лечебный патоморфоз. Хороший прогноз для пациента.

– Лечение любого пациента у нас индивидуальное, адресное, – уточняет Александр Хачатурян, – подобранное в соответствии с самыми современными международными клиническими рекомендациями – так работают профессионалы. Затем комплексное всестороннее наблюдение за пациентом. Прошло 5 лет с того момента, как лечение Романа Паршинцева было закончено, он здоров, никаких признаков болезни у него нет. Рассчитываем на самое лучшее. Рекомендаций никаких особенных нет – жить и радоваться жизни. Конечно, не забывать о контроле.

– Я знаю, что операция на забрюшинных лимфоузлах была сложнейшая, – говорит Роман, – и Константин Михайлович Фигурин сделал её блестяще, руки у человека золотые. Но выходил я из неё очень тяжело, долго заживало. Месяц ходил с трубками дренажными. Потом ещё одна операция на печени. Всё должна была решить гистология удалённых опухолевых узлов из печени. Я никогда не забуду этот день. До сих пор ком в горле, как вспомню – ты ещё на больничной койке, когда всё болит, и тут в палату заходит твой доктор, химиотерапевт Анатолий Анатольевич Буланов, светлая память, погиб из-за коронавируса, и говорит: «У вас последняя, 4-я стадия патоморфоза, все раковые клетки неживые, вы практически здоровый человек и мы вас поздравляем». И в этот момент ты понимаешь – вот она, такая трудная, в каком-то смысле победа!

– Сначала был контроль каждые полтора месяца, потом раз в три месяца, раз в полгода, – вспоминает Роман. – Я старался восстанавливаться грамотно, консультировался с хорошим иммунологом – БАДы, никаких иммуностимулирующих, потому что активизируются и хорошие клетки организма, и плохие. Не поверите, за три года после операции простудой болел меньше, чем раньше. На работе мне пошли навстречу, не стали сильно грузить, сделали щадящий график без дальних командировок. Всё-таки нужны условия для соблюдения режима питания, режима сна, занятий восстановительной гимнастикой, чтобы минимизировать риск рецидива.

– Чтобы выйти из состояния стресса после перенесённого онкозаболевания, нужно полностью изменить свою жизнь, какую-то работу над собой проделать, – рассуждает Роман. – Кто-то к вере приходит, меняет кардинально профессию. Я многое поменял. Стал больше уделять внимания семье, своему здоровью. Появилось больше свободного времени, я начал гулять, дышать свежим воздухом. Раньше я жил одной работой, была одна цель – состояться в профессии. Будто несётся на всём ходу поезд, ты его догоняешь, вскакиваешь, выбегаешь на коротких остановках, надо всё успеть и снова вскочить на ходу… Я понял, что этот поезд ушёл без меня. А я остался на станции и надо как-то жить. Я понял, что уже не смогу догнать то, к чему стремился, что какие-то планы рухнули. Но я получил жизнь! Я получил смысл, нужно было найти этот новый смысл.   

– В юности гитарой занимался, потом забросил – некогда, – признаётся Роман. – А тут стал задумываться, размышлять о жизни и смерти, и сами собой стали сочиняться песни. Это началось, когда я ещё лежал в Блохина под капельницами. Меня даже приглашали на творческие вечера, немножко повыступал. Друзья откликнулись, в итоге и я записал песню с музыкантами в профессиональной студии. Она называется «Твоя рука». 4 февраля 2018-го года, во Всемирный день борьбы с раком я её исполнил на сцене Планеты КВН в финале церемонии вручения Национальной премии «Мы будем жить». Такая была мечта, когда я сочинял песню на больничной койке – если я выздоровею, буду жив, хочу пропеть эти слова со сцены:

Твои мечты – ростки, что потом взойдут.

Водою слёз политы их семена.

И пусть мир там, а ты в этих стенах тут.

Не сметь жалеть о прожитых временах.

 

Твоя рука поможет кому-то встать.

Твои слова другим не дадут упасть.

Твои дела спасут еще чью-то жизнь

Не бойся, но верь и проси – держись!

загрузка карты...

Контакты

Фактический адрес:
115478, г. Москва, Каширское шоссе, д. 23
Единая справочная служба
+7 (499) 324-24-24
Справочная служба Детского института
+7 (499) 323-56-22